Радость Рождества

Лия училась со мной в одном классе. Хорошо помню ее – высокая, худощавая девочка с длинной, ниже пояса русой косой. В классе Лию называли «Блохой» по её же фамилии. В классном журнале она была записана как Блоха Лия. Поэтому к ней быстро привязалась эта кличка. В начале ее все так и звали, но вскоре стали называть Ходячей Энциклопедией, потому что Лия училась на «отлично» и много читала. На переменах её не было видно: спрячется в дальний уголок и читает тихонько библиотечную книгу. Зато на уроке ее рука всегда выдавалась вперед. Одноклассники Лию не любили, так часто бывает с теми, кто начинает выделяться из коллектива. По характеру Лия была тихая, спокойная, и хотя ее бледное личико редко выдавало улыбку, я не помню, чтобы она когда-нибудь грустила. Какая-то несгибаемая сила была в этой худенькой девочке.

Приближалось празднование Нового года. Природа щедро рассыпала свои дары в виде великолепных рыхлых снежных сугробов. Они манили нас к себе, как прилавки со сладкой ватой. И мы, дети, творили из этих сугробов чудеса, превращая их в веселых снеговиков и в горки. «Завтра елка, ура! — Закричал вдруг один из мальчиков. – Я буду Котом в сапогах. Шпагу я сам сделал из фольги». «А я буду космонавтом», – сказал другой мальчик. Тут разговор о костюмах подхватили и девочки. Одна из них сказала, что будет снежинкой, потом нашлись ещё сразу две снежинки, поросенок и серый волк. Только одна девочка говорила, что не скажет кем будет, это была её загадка. Лия же молчала. «А у тебя какой костюм?» – спросила её Таня. – «Я не пойду на елку, – ответила вдруг Лия неожиданно для нас. – Я жду Рождества Христова». Оказалось, что она пропустила уже четыре школьные ёлки, а мы этого не заметили. Она же продолжила разговор. — Мы с мамой (Лия росла без отца) не отмечаем Новый год, чтобы не потерять настоящий праздник» — Какой – «настоящий»? – спросили мы. – «Ночью на седьмое января отец Михаил проводит в молебном доме праздничную службу. Там тесно, яблоку негде упасть, но все радуются, что Христос родился. И эта радость настоящая», – рассказывая об этом, Лия радовалась. Но мы, дети, её не понимали и даже жалели, что у неё нет костюма снежинки или Дюймовочки или хотя бы костюма поросёнка.

В назначенное время мы собрались на школьную елку. Было весело и шумно, звучала громкая музыка. Дети прыгали вокруг ёлки, водили большой хоровод и пели песню про ёлочку, которой зимой было холодно. После праздника все получили кулёчки со сладостями и разбежались по домам. Наши новогодние каникулы продолжались.

Утром, перекинув очередной лист нового, ещё пахнущего полиграфическими красками календаря, мама заметила, что сегодня верующие отмечают

Рождество Христово. Рождество! Я подумала о Лии. Она же сегодня была на службе. Там пели, что Христос родился. И у них, как говорила Лия, была настоящая радость. Та радость, которая прошла мимо нас. Новогодний праздник, которого так ждали, и надеялись, что он принесёт с собой чудо, закончился. Конфеты были съедены, лишь цветные фантики, как недавние сладкие и немного диатезные воспоминания, остались от них. Праздник прошёл, оставив в душе одну пустоту. Я оделась и вышла на улицу. Было раннее — безлюдное, но красивое, почти сказочное утро. В воздухе медленно кружились огромные пушистые снежинки. Их было много. Белоснежный хоровод окружил меня, снежинки целовали мои щеки и руки. Ценой этих нежных поцелуев была их собственная жизнь. Но, кажется, они не жалели о том. В их робкой и естественной жертвенности была таинственная радость. Белоснежно чистая святая тишина природы шёпотом белых снежинок несла всем людям радостную весть о Рождестве. Эту настоящую радость не могли заменить ни танцы вокруг ёлки, ни даже новогодние подарки.

«Может и правда, что Новый год – не настоящий праздник», – сказала я Лии потом. «Конечно, – ответила она, – настоящий Новый год приходит с Рождеством. Когда Христос родился, тогда и началось наше время. Время от Рождества Христова. Ведь всё так просто!»

Да, действительно просто. Только почему я раньше не задумывалась над этим? Кружилась в хороводе вокруг ёлки, на которой раньше времени зажигали рождественскую звезду. Радовалась со всеми неизвестно чему.

Прошло тридцать лет с тех пор, и скоро вновь седьмое января. Будет праздничная служба. Храм заполнен людьми и ароматом ладана от звенящего кадила священника. «Христос раждается, славите!» — поют на клиросе. Я вновь вспоминаю о Лии. Где-то в одном из храмов России, увенчанной белыми чистыми снежными одеждами, она молится Богу так же, как и мы, радуется святой вести о Рождестве Христовом. Эта общая радость Рождества когда-то объединила нас. И она не закончится никогда, даже после отдания праздника. Она будет жить в душе, потому, что эта радость дарована нам Небом, она осмысленная и воистину совершенная.

Лариса Кондрашкина

Закладка Постоянная ссылка.

Комментарии запрещены.